Латгальский конгресс 1917 года

26 апреля 1917 года (9 мая по новому стилю) в Режице (Резекне) открылся Конгресс латгальских латышей (Pirmais Latgales latviešu kongress), который должен был принять решение о положении Латгалии в новых российских реалиях. Принципиально существовало четыре пути для региона: остаться в составе Витебской губернии, создать автономию Латгалии, присоединиться к латышам Курземе и Латгале, присоединиться к Литве (или даже Польше).



У власти в России находилось Временное правительство, Россия потеряла Польшу и часть Прибалтики, фронт проходил по территории Лифляндии. Империя более не существовала и, хотя был взят курс на сохранение "великой и неделимой" России, вся ситуация способствовала сепаратизму. Но весной 1917 вопрос о независимости Латвии еще не стоял, речь шла лишь об автономии в составе России.

Вопрос о том, воспринимали ли латгальцы и латыши друг друга как единый народ, остается одним из самых дискуссионных. Не стоит забывать, что к 1917 году народы были государственно, а затем административно разделены на протяжении почти 300 лет. Ряд исследователей считают, что ощущение принадлежности к одному народу начало в зачаточной форме восстанавливаться лишь в 50-60-х годах XIX века. При этом в массовом сознании землями латышей считались лишь Видземе и часть Курземе. Хотя латгальские католики называли себя и латгальцами, и латышами (а курземских и видземских латышей - балтийцами и чиули). Курземские и видземские латыши называли латгальцев витебцами, инфлянтами и чангалами (čangaļi).

Сближению латгальцев и латышей способствовали религиозные и общественные деятели, в особенности священник и политик Францис Трасунс (Francis Trasuns, 1864 – 1926). Он рассказывал устно и письменно о Латгалии и ее культуре, разъясняя языковые и религиозные различия латгальцев и латышей, призывая сосредотачиваться на общих чертах балтийских народов, а не этих различиях. Трасунс осуждал высокомерное отношение латышей к латгальцам и призывал оба народа воспринимать себя как единое целое.

Трасунс стал и одним из главных действующих лиц Конгресса, председателем оргкомитета которого был избран священник и педагог Никодемс Ранцанс (Nikodems Rancāns). В Конгрессе участвовало 350 человек, из них 232 были делегатами с правом голоса и 118 – гостями. Оргкомитет определил количество делегатов: по пять представителей от волостей (приходов), от двух до четырех представителей из стрелковых батальонов, по одному представителю от каждого латгальского общественного объединения, а также представители латгальских поселений в России и общественные деятели, выбранные собственно оргкомитетом.

Сначала планировалось, что в Конгрессе примут участие и проживающие в Латгалии национальные меньшинства. Но этого не случилось: по одним данным, они сами отказались от участия, по другим – к голосованию представители меньшинств не были допущены. "Меньшинства" в тогдашней латгальской части Витебской губернии – это русские, евреи, белорусы и поляки, составлявшие совместно половину населения региона. По сообщениям в тогдашней прессе, в Режицу прибыли наблюдать за конгрессом около 30 000 человек, среди которых преобладали те самые национальные меньшинства. У здания синематографа "Диана", где проходил Латгальский конгресс, шли митинги. Некоторые историки (преимущественно русскоязычные) пишут, что это было бурное протестное движение, некоторые - что митинги шли в поддержку объединения с Видземе и Курземе. Скорее всего, среди митингующих были и противники, и сторонники объединения.

Вокруг здания во время работы Конгресса была выставлена охрана из латышских стрелков. Что в некоторых современных публикациях трактуется, как способ оказания давления на решения делегатов по вопросу объединения.

Основные споры в первый день работы шли между представителями Латальской демократической партии, во главе с инженером и публицистом Францисом Кемпсом (Francis Kemps, 1876-1952), и объединением под руководством Франциса Тарсунса (с примкнувшей к нему секции латгальских стрелков). Кемпс выступал за автономию Латгалии в составе России, предлагая образовать отдельную губернию. В ответ на лозунг сторонников балтийского объединения "Мы все один народ", он выдвинул свой – "Два диалекта – две веры!". Но его сторонникам не удалось склонить большинство делегатов на свою сторону, в том числе и потому, что на стороне Тарсунса был немалый авторитет церкви. В результате 39 делегатов во главе с Кемпсом покинули Конгресс.


На следующий день, собравшиеся в резекненской школе (нынешнее здание по Atbrīvošanas aleja 56) оставшиеся делегаты голосовали за результативную часть Конгресса. Конгресс латышей Латгалии принял резолюцию из 8 пунктов. Первые три из них гласят (резолюция написана и опубликована по-латгальски, официального или исторически признанного перевода на русский текста нам найти не удалось):

  • Мы, латгальские латыши, собравшиеся 26-27 апреля на конгрессе, созванном в Резекне, признаем латышей, которые живут в Витебской губернии, а также курземячан и видземчан, единым латышским народом и решаем объединиться с латышами Видземе и Курземе в один политически автономный народный организм в Российском Государстве.

  • Мы, латыши Латгалии, объединяясь с латышами Курземе и Видземе, сохраняем свое самоуправление и полное право самим решать вопросы языка, веры, церкви, школы, хозяйствования, равно как и вопросы земли и дела церковные, присоединяя к католикам Латгалии католиков Курземе и Видземе.

  • Мы, латгальские латыши, горячо желаем сохранить наилучшее сотрудничество с другими народами, живущими в границах Латгалии: русскими, поляками, евреями и др. И так как мы сами желаем свободы для своего народа, то мы признаем и поддерживаем свободы других народов во всей народной деятельности: вере, языке, школах и других народных делах.


  • Четвертый пункт провозглашал идею проведения во всех самоуправлениях выборов на основе всеобщего, равного и прямого голосования. Вторая половина резолюции была посвящена избранию Временного земельного совета Латгалии, в состав которого вошли 60 человек: 36 латышей, 12 русских, 8 евреев, три поляка и один "представитель другой национальности".

    Споры вокруг представительности Конгресса, юридического веса его решения, наличия давления со стороны военных и церкви будут, очевидно, продолжаться и впредь. А сам Конгресс ещё ждет настоящего обширного исследования. Но так или иначе, именно решение Конгресса латгальских латышей в апреле 1917 года навсегда стало объединяющим для Латгалии и остальной части Латвии.